Под полом в недоступном месте (только разве сам пол взламывать) умерла то ли мышь, то ли крыса. Запах в комнате ого-го какой, скажу я вам. В голове бродят кусочки и абзацы с описанием безысходности жизни некоей гипотетической хикки, и умершая мышь как довершение образа. Но на улице, на уральской грядке, не с особым остервенением и удобряемой, распустилась роза такой красоты, что её глубокий и невероятно алый цвет не может передать даже крутейший фотоаппарат сестры, и это тоже некое довершение некоего образа.
Продолжаю размышлять о том, что ошибки и косяки — и есть жизнь. Раньше всё казалось, будто ты должен сделать идеально, или ты чмище недостойное — спеть идеально / сходить на тусовку и там только блистать / поссориться с подругой и помириться с большим количеством умных слов и полным взаимопониманием / сверстать листовку небывалой силы и красоты. Но если ты съехала с ноты, но вывела в эмоцию / сходила на тусовку чистым wallflower, но повидала пару старых знакомых / разосралась с подружкой, и хрен бы с ней / сверстала листовку, которая нравится далеко не всем, но она сделана и выполнит свою функцию — это и есть жизнь. Если отменять все эти моменты, то идеальная нота, идеальная туса, идеальные отношения, невъебенная листовка, даже если они пребудут, не будут лично для тебя стоить ничего, похороненные под валом отменённого и обесцененного.