Далеко, далеко ли далече. День от ночи ложится на плечи. Не жалей его, не зови.
Дочитала "Ученик убийцы" Робин Хобб до вызова Барричем Галена у Камней-Свидетелей. И (особенно после всего произошедшего в другой недавно прочитанной книге с Теоном Грейджоем) окончательно оформилась в голове мысль.

Можно калечить и насиловать физически. Это оставляет жертве раны, похожие на перелом руки или ноги - тяжёлые, но со временем более и менее проходящие (иногда менее, иногда более, иногда тянет и рвёт до конца жизни, но в целом жить не мешает). Но когда насильник влезает в голову, в душу и ломает изнутри, это перелом хребта. Если человек и выживает после такого, не накладывает на себя руки (как должен был сделать Фитц по плану Галена, как делают убежденные в своей ничтожности самыми близкими людьми - мамой и/или папой - подростки, как хочется сделать переломанным, жертвам-навсегда, вынужденным справляться с этой болью каждый день), то он парализован на всю оставшуюся жизнь. Вариации лишь, пользуется ли он при этом внутренним аналогом инвалидного кресла, или, парализованный, лежит на кровати и может только моргать - и так на долгие-долгие годы.

И такие - переломанные - люди не миф, не то, что случается где-то и с кем-то. Они рядом, их немало. Их могут называть лузерами, могут относиться к ним с пренебрежением, не понимать, почему они не в состоянии делать простейших вещей. Но если даже физических инвалидов здоровая психика чурается, пытается проигнорировать и забыть, то что говорить о внутренней инвалидности, на которую пальцем не укажешь. Проще сказать "Это херня, отговорки, лень и трусость" - и жить дальше.

Я не пробиваю никого на жалость. Что я сейчас делаю, так это пытаюсь донести информацию, которую оставьте в голове, пусть бесцветным эмоционально неокрашенным комком (или как вам будет угодно): иногда, когда вы видите, что человек идёт по асфальту, он видит и чувствует, что идёт по натянутому над бездной канату. И никаких сил при этом выглядеть хорошо/улыбаться/настраиваться на позитив/жить активной жизнью не остаётся: все внутренние силы уходят на ужас и балансирование. И часто этому человеку не помочь ничем, кроме здесь и сейчас протянутой руки. Или улыбки. Или хотя бы отсутствием пренебрежения. Не вы сделали это с ним, и не ваша вина, если он, уколовшись о вашу насмешку, рухнет в свою адскую пропасть, но совести ведь спокойней будет без этого, верно?